Есть на Северной стороне Севастополя развалины уникальной в своем роде зенитной батареи, семь с половиной месяцев сдерживавшей натиск немецких войск. Два из трех ее командиров, а также один из краснофлотцев были удостоены звания Героя Советского Союза. Этим краснофлотцем был алчевец Петр Липовенко. В свои 20 лет он совершил подвиг. Но какой? Историки до сих пор расходятся в мнениях…

Книжный мальчик

А мы – что мы на самом деле знаем о земляке-герое? Так мало свидетельств осталось… Фотография сохранилась одна-единственная. А вспоминать уже некому: Веры Андреевны, мамы героя, не стало в 1977 году. Умерла и сестра Петра Липовенко. Нелли Николаевна охотно ходила на встречи с молодежью, школьниками, общалась с музейными работниками. Воспоминаний не так уж много, но они все-таки позволяют сложить пазл далекого прошлого.

Можно предположить, что Петр Липовенко родился в Луганске: Вера Андреевна, уроженка Стаханова, переехала туда, выйдя замуж. Худощавый высокий мальчик был больше похож на маму – и не только внешне. Рос замкнутым, скромным, мама часто шутила: дескать, молчит, как партизан. Компании сверстников Петю не особенно привлекали. Ему больше нравилось мастерить что-нибудь, а еще посидеть в одиночестве с книгой. Книг в доме было много: старший брат Виктор за короткую свою жизнь (он умер в 17 лет от тифа) успел собрать библиотеку. Правда, с сестренкой тихий Петя порой и дрался. Но тут, признавала Нелли Николаевна, была исключительно ее вина: вредной девчонкой росла!

В Алчевск они переехали после смерти отца. Учился Петр во второй школе, потом в ФЗО на плотника. Работать в столярной мастерской начал в 16 лет.Так и жила семья до самой войны. Войны, которая позвала Петра Липовенко в строй уже в 1941-м.

Провожали его только мама и близкие. Петя и влюбиться не успел – слишком уж застенчивым был. И кто знал, что этот тихий книжный паренек станет настоящим героем? Видно, нужные и правильные книги выбирал он…

«Если бояться смерти, не нужно жить на свете»

Вера Андреевна долгое время ничего не знала о военной судьбе сына. Лишь в ноябре 1944 года пришло извещение, в котором было сказано, что Герой Советского Союза Петр Николаевич Липовенко «пропал без вести 3 июля 1942 года». Мама, вспоминала Нелли Николаевна, поседела за одну ночь. Но все-таки сухие строчки «пропал без вести» давали надежду…

В семье хранилось единственное фронтовое письмо Петра – к великому сожалению, впоследствии затерявшееся. Нелли Липовенко всю жизнь помнила написанные братом строчки: «Мама! Если бояться смерти, то не нужно жить на свете». Неужели в 20 лет можно совсем не бояться?.. На этот вопрос уже никто не ответит. Но можно поискать ответ на другой вопрос: когда, как и где погиб Петр Липовенко – трубочный 365-й зенитной батареи 110-го зенитного артиллерийского полка противовоздушной обороны Береговой обороны Черноморского флота, краснофлотец?

Во многих публикациях сказано, что «краснофлотец П. Н. Липовенко пал смертью храбрых в последний день обороны Севастополя 3 июля 1942 года, прикрывая эвакуацию наших войск». Но другие военные мемуары, исследования севастопольских поисковиков, краеведов говорят: вероятнее всего, в июле 42-го Петра Липовенко уже не было в живых.

Вызвали огонь на себя

Батарея № 365 была сформирована в Севастополе 1 июля 1941 года. 30 октября она была переброшена на высоту с отметкой 60,0. С этого момента пошел отсчет героических сражений форта «Сталин».

В июне 1942-го 365-я зенитная батарея была в полосе главного удара противника и не давала гитлеровцам прорваться на северную сторону. Фашисты бросили против батареи танки и самолеты.

7 июня при третьем штурме Севастополя командир батареи Воробьев был тяжело ранен в голову и эвакуирован в Новороссийск. Командование принял лейтенант Матвеев, но уже 9 июня во время боя прямым попаданием снаряда было разрушено перекрытие, под которым он находился. Когда лейтенанта извлекли из завала, он ничего не слышал и очень плохо видел. Санинструктор Пономаренко перочинным ножом без наркоза ампутировал командиру руку из-за опасности гангрены. Ефим Матвеев был отправлен в тыл. Следующим и последним командиром героической батареи стал старший лейтенант Иван Пьянзин. Мог ли думать 22-летний парень, что жить ему остается трое суток?

Атаки противника не ослабевали. У наших артиллеристов осталось одно стреляющее орудие и одно противотанковое ружье…

К полуночи на 365-й батарее было 25 раненых, кончились вода, продовольствие и запалы для гранат. Когда вышли из строя пушки и погибли почти все зенитчики, старший лейтенант Пьянзин передал по радио от имени оставшихся в живых зенитчиков: «Отбиваться больше нечем, просим открыть массированный шрапнельный огонь по нашей позиции, по КП…» Командование береговой обороны выполнило последнюю просьбу батарейцев, и это позволило еще на несколько часов оттянуть окончательный захват высоты врагом.

«У пушки остался один Липовенко»

А что же краснофлотец Липовенко? Из разных воспоминаний следует, что, выполняя приказание командира, он с другими ранеными сумел незаметно покинуть высоту и добраться до соседней 366-й батареи.

20 июня 366-я зенитная батарея форта «Ленин» была окружена противником. По воспоминаниям участников боев, личный состав проявил невиданные стойкость и героизм при защите форта. В строю оставалось одно орудие, которое обслуживал уже неполный расчет. А вскоре почти все зенитчики вышли из строя.

Дальше свидетельствует участник обороны Севастополя капитан Евгений Игнатович: «У пушки остался один Петр Липовенко. И он принял неравный бой. Краснофлотец сам зарядил орудие, навел его и открыл огонь. Выстрел, и второй танк остановился. Липовенко переносит огонь на автоматчиков. Он продолжал наводить пушку на скопление фашистов. Потом бросился к снарядному ящику, но тот оказался пустым. Тогда он поднялся во весь рост и с громким криком: «За Родину, вперед!» устремился на вражеских солдат. Затем краснофлотец врывается в дзот и в рукопашной схватке убивает трех фашистов, но пуля настигла его. Так краснофлотец Петр Липовенко пал в боях за Севастополь».

Может, и вправду не страшно погибнуть в 20 лет, если свято веришь в то, что защищаешь? Если точно знаешь, что иначе поступить нельзя. Если «нужные книжки ты в детстве читал». А вот забыть о них – действительно страшно. И подло. Мы помним?

Улица Петра Липовенко есть в Севастополе. Есть, конечно, и в Алчевске. И гимназия, носящая его имя, тоже есть, а в гимназии – музей. А вот самодеятельную аллею героев мы потеряли. Жила в Алчевске Нонна Андреевна Тесленко – человек, очень старавшийся беречь память. Она была сверстницей и соседкой Липовенко. Вела переписку с героями Великой Отечественной и ветеранами 315-й стрелковой дивизии, освободившей город. Вместе с мужем Иваном Емельяновичем Лопандей посадила на своей улице каштаны в память погибших воинов и известных земляков. На каждом дереве была табличка – в честь кого посажено дерево. Было здесь и «Петино дерево». Но не стало Нонны Андреевны – погибла аллея. Неизвестна и судьба ее архива…

Не значит ли это, что не подняться нам на ту высоту, на которую взлетали 20-летние мальчишки-герои? На ту высоту духа, которую легко покорил Петр Липовенко? Да нет. Все-таки нет. Пришло время – и нынешние мальчишки и взрослые мужчины показали, что достойны они отцов и дедов. Они вместе с ними там – на Высоте героев. Именно такое название присвоено безымянной высоте, на которой сражался защитник Севастополя Петр Липовенко.

Юлия Черепнина, фото из архивов Алчевского городского исторического музея