Он помнит наизусть состав «Зари» образца 1972 года и может без запинки перечислить маршруты пассажирских поездов, ушедших в историю. Ему 78, и он до сих пор следит за весом, не пьет, не курит и находится в той интеллектуальной и физической форме, которая заставляет невольно восхититься ресурсом нашего старшего поколения. Мы встретились с Виталием Кузововым, чтобы понять, как рождаются трудовые династии железнодорожников.

От паровозного дыма – к магистральной тяге

Железная дорога для Виталия Кузовова не была мечтой детства. В юности он работал на заводе «ОР», жил на съемных квартирах и, по его собственному признанию, искал «твердую почву». Решение пойти в депо Родаково было прагматичным, хотелось оказаться ближе к корням. Но дальше началась та самая советская индустриальная романтика, которую сегодня многие склонны мифологизировать, а он прожил ее изнутри, застав закат паровозной эры.

– Начинал с помощника кочегара, кидал уголь в топку паровоза, по 4–5 тонн в смену, иногда по 7 во время вывозки с шахт, – вспоминает Виталий Михайлович.

Это была тяжелая физическая работа, но именно она стала для парня пропуском в новую жизнь. Заметив смышленого кочегара, руководство направило его учиться в Ясиноватую осваивать тепловозную тягу. Переход с паровоза на тепловоз он воспринял как смену эпох. ТЭ3 с двумя тысячами «лошадей» под кожухом, позднее – мощные 2ТЭ10Л и современные серии 2ТЭ116. Технический прогресс происходил на его глазах, и он был не сторонним наблюдателем, а непосредственным участником.

30 лет машинистом, из них 13 – на пассажирских составах. Маршруты на Волгоград и Киев, летние поезда на юг: Воронеж – Симферополь, Сосногорск – Адлер. За этими названиями скрыта география целой страны и сложнейшая логистика.

«Ответственность была колоссальной. Машинист в кабине – это и инженер, и навигатор, и пожарный. Однажды в туннеле под Врубовкой тепловоз загорелся. Три тысячи метров под насыпью, еле потушили. Применили установку, осадили состав. Инструкции на то и писаны, чтобы им четко следовать». Виталий Кузовов

Интеллект, спорт и железная дисциплина

Из разговора быстро становится ясно: перед нами человек с обостренным интересом к жизни. Сам Виталий Михайлович характеризует себя коротко: «Я любопытный». Эта любознательность выходит далеко за пределы профессии.

Особое место в его жизни занимает спорт. Он до сих пор наизусть помнит состав луганской «Зари» образца 1972 года, когда команда стала чемпионом СССР, и с ходу восстанавливает детали легендарного матча с московским «Торпедо»:

– Осень, дождь, Кузнецов и Стрельцов забили голы. Я там был, все домашние матчи с женой посетили в том сезоне.

Спорт для Кузовова не ограничивался развлечением, превратившись в философию жизни. Не пить, не курить и каждый день делать зарядку – этот принцип он пронес через всю жизнь. «Еда – это враг, если не знать меры», – формулирует он свое кредо. В 78 лет Виталий Михайлович сохраняет бодрость духа и тела, заставляя окружающих удивляться отсутствию типичных возрастных недугов.

«Ответственность – главное в профессии машиниста. Техника сложная, а если ты встал на перегоне – это целая проблема. Надо быстро устранять неисправность, а за спиной тяжелый состав. Один раз я вел 400 вагонов порожняка. Вес невелик, если сравнивать с груженым составом, но длина сумасшедшая. Справлялись! Профессия строгая, требования строжайшие. В 1980 году меня, тридцатитрехлетнего, рекомендовали водить пассажирские поезда. Это большое доверие». Виталий Кузовов

Главный роман жизни

За сухими фактами биографии скрывается сюжет, достойный поэзии. Когда речь заходит о супруге, Любови Дмитриевне, голос Виталия Михайловича меняется, глаза увлажняются. Они познакомились там, где это представить сложнее всего – в Каракумах, на границе СССР. Он служил на заставе у Каспийского моря, она, выпускница Харьковского гидрометеорологического института с красным дипломом, работала там же синоптиком. «Самоволка» ради свидания, а уже через год после его демобилизации девушка приехала с чемоданом в деповский поселок.

Начинали с нуля, с должности кочегара, съемной квартиры и нехитрого убранства… Но именно этот брак Кузовов называет главной удачей.

– Я безмерно счастлив, что судьба свела меня с этой женщиной. Любовь Дмитриевна прошла со мной весь путь: растила детей, работала инженером цеха эксплуатации, выбивала через местком путевки на Северный Кавказ. Тринадцать лет как ее нет рядом, а я все продолжаю диалог: хожу на кладбище и рассказываю, как живут дети, внуки и правнуки, – повествует Виталий Михайлович.

Династия как гарантия

Отдельная тема – продолжение рода в профессии. Сын Кузовова, Юрий, пошел по стопам отца вопреки собственному первоначальному сопротивлению,  и сегодня возглавляет то самое депо Родаково. Когда-то, в «лихие девяностые», когда зарплату не платили и кругом царил хаос, отец сказал ему фразу, которая стала судьбоносной: «Железная дорога всегда была и будет востребована. Так что выбора у тебя нет. Это незыблемый институт в любые времена».

Виталий Михайлович лично ездил в Луганск, в отдел кадров отделения дороги, чтобы получить для сына направление в престижную Харьковскую академию. Там отбирали по династийному принципу: «Мать – инженер на железнодорожном предприятии, отец – машинист, значит, парень останется в системе». Расчет оправдался. Сегодня старший внук Виталия Михайловича учится в Ростовском университете путей сообщения и уже проходит практику. Младший – еще школьник. Правнуки пока только познают мир, но сам факт того, что династия Кузововых на стальных магистралях не прервалась, для ветерана – предмет законной гордости.

Виталий Михайлович не идеализирует прошлое, но и не жалуется на настоящее, хотя ему есть о чем болеть душой – родное депо, которое в 70-е строили буквально своими руками всем коллективом, сегодня подвергается атакам.

Орден «Знак Почета», звания победителя соцсоревнований с 1973 по 1984 год, 42 года непрерывного стажа на одном предприятии – для него это не регалии, а подтверждение того, что путь пройден правильно.

– Скучаю ли по стуку колес?Нет. Я человек прагматичный. Моя эра закончилась. Меня в 55 лет уговаривали остаться машинистом. Я сказал: «Дорогу – молодым!» И ушел на топливный склад слесарем, еще пять лет отработал. Нечего держаться за кресло. Главное, что я добился чего хотел, и в душе радовался, – резюмирует он.

Но энергия, которая все еще кипит в этом человеке, его острый ум, дисциплина и верность корням заставляют усомниться в том, что его эра действительно закончилась. Скорее, она просто перешла на новую колею.

Илья Константинов, фото автора